Грация

Однажды мы понимаем, что человек, который в силу своей службы должен принимать судьбоносное решение, делает это вовсе не исходя из обстоятельств конкретного дела, а руководствуясь событиями собственной судьбы. Но фильм «Грация» показывает это с такой элегантной наглядностью, что хочется включить его в программу юридических вузов. Мариано Де Сантис, президент Италии, которому перед окончанием своего срока нужно рассмотреть закон об эвтаназии и два прошения о помиловании, на деле обеспокоен попытками выяснить, с кем сорок лет назад изменила ему жена. Затягиваясь своей единственной за день сигаретой, он каждый раз обращается к своей давно покойной жене – кто он! Кто это был тогда, сорок лет назад! Тайну знает, но не выдает, само собой, давняя подруга семьи, Коко Валори. До правды никак не добраться. И это кажется неразрешимой задачей, которая стопорит саму жизнь. Без правды нельзя переходить от одного к другому, нельзя двигаться дальше. Вокруг правды и двигается весь фильм и вместе с ним – его главный герой. Будучи, помимо прочего, автором фундаментального учебника по уголовному праву, Мариано объясняет, почему выбрал именно это направление. «Уголовное право, - говорит он, - пытается сделать невозможное – узнать правду». - Но это было сорок лет назад! Все сроки давности уже вышли! – восклицает его дочь Доротея, когда отец вдруг сообщает ей об этой давней измене. Но ведь срок давности – не более чем юридическая категория, не способная избавить Президента от его зуда. Шаг в нужном направлении помогает сделать всюду сопровождающий Президента командир полка дворцовых кирасиров полковник Лабаро: - Разрешите высказаться критически? Вы переоцениваете важность правды. Но ведь это совсем другой способ жить – когда знание правды перестает быть обязательным условием принятия решения. Но постепенно, день за днем, ситуация за ситуацией, Мариано начинает видеть, как выглядит жизнь за пределами этой зацикленности. Понимать, что правда – не только факты как таковые, из которых можно сложить какой-то паззл, а еще и просто данность жизни («Сегодня мне пришлось увидеть правду вблизи, а закон всегда показывает ее с расстояния»). Тогда на место необходимости испытывать незыблемую уверенность приходит милосердие, в котором, как заметил наш герой, есть красота сомнения. Тогда и получается, наконец, соединить закон и жизнь, принять все решения, и жить дальше.

На самом деле милосердие. О нем видимо и просит уже великий режиссер. Паоло Соррентино - далеко не мой самый любимый творец. Уж слишком вторичен. Тень Феллини нависает над ним, каждый раз рискуя поглотить. Однако как же красиво он идет в след за своими предшественниками. Это красиво, как сама Италия, ее опера, ее люди, ее море, ее кухня, ее темперамент. Пускай за всеми его философствованиями в кадре часто стоят вполне банальные истины, от этого они не перестали быть верными, а его фильмы терапевтическими. С «Грация», будем уж ее так называть, все пошло странным путем. Все вроде также, но не так. Не думал, что скажу такое про работу Соррентино: как же это скучно, тоскливо даже. Собственно, как и сам главный герой, который сам по себе фигура весьма незаурядная. Президент Италии Мариано де Сантис дорабатывает последние дни на своей должности. Он великий правовед и успешный руководитель. Народ его любит, подчиненные уважают, дети боготворят (дочь так вообще правая рука), но никто его совершенно не знает. Не позволяет скрытный юрист к себе подобраться. Он томно, безучастно выполняет свой долг, восседая в тех же великолепных интерьерах, что и герой Тони Сервилло (муза режиссера снова здесь, с нами) в «Великой красоте». Они ему идут. Перед ним две просьбы о помиловании, в которых «не все так однозначно», и проект закона об эвтаназии. Сложный нравственный выбор, который он совсем не готов делать. Выбор между убийцей и мучителем. Куча «за» и «против». Общественный резонанс, друг Папа Римский, конечно, не одобрит (ну ему и по статусу), дочь, сублимировавшая свою жизнь в помощь отцу и создание этого пресловутого закона, друг с сомнительными просьбами. Все разрешается одним выбором героя, только делать он его не хочет. Человеческие нравственные дилеммы – вечны, как небо, и не имеют разрешения и точно не анализируются. Человек – грешен и любой его выбор несовершенен. Однако наш герой это, итак, знает. Ему все надоело и мучает всего один вопрос, с кем ему изменила жена, которая сорок лет как умерла. В этом весь несовершенный человек: руководит страной, обожаем многими, добр, стремится к справедливости, в руках жизни, а такой простой милости, как прощение, дать не может уже умершей любимой. «В чьих руках настоящее», - вопрошается то и дело в фильме и тут же дается ответ: в руках живых грешных людей, умеющих дарить милость. Сам процесс помилования преступников и принятие законов – процесс юридический, светский, формализованный. Однако можно ли обосновать милосердие в том или ином виде, выдать протокол действий. Конечно нет, но приходится. Президент и пытается, но вынужденно приходит к идеи, что жить надо чувствами и желательно здесь и сейчас. Логика – бегство от жизни. Она не помогает и не защищает от навязчивых мыслей по ночам и боли в конце каждого дня, когда ты куришь единственную сигарету. Преступление, совершенное в любви и страсти, может быть объектом прощения. Все в «Грация» есть, за что мы любим Паоло Соррентино: мягкая ирония над бытием, красивые символичные выстроенные кадры, неожиданная музыка, контрастирующая с окружающим, но резонирующая с внутренним миром героев, сами герои, как музейные экспонаты самой жизни, и даже заслуженный Кубок Вольпи Венецианского кинофестиваля за лучшую мужскую роль (Тони Сервилло). Тем не менее фильм вышел тяжеловесным, как будто живешь в том самом президентском дворце, без свежего воздуха и солнца. Возможно, Соррентино слишком рано начал задавать столь глобальные, но и глубокого личные, вопросы, а может быть сам не поверил в ответы, которые предложил. Сколько существует человек, столько и будет передвигаться запятая во фразе «казнить нельзя помиловать».

'Грация' - это тот случай, когда режиссер увлекшись красотой, не забыл о сюжете и не утомил зрителя. А такое с Соррентино бывало, как например, в предыдушем его фильме 'Пенелопа'. Несмотря на такую сложную тему, как эвтаназия, новый фильм не смотрится совсем уж мрачно или тяжеловесно. Здесь нашлось место и юмору, и самоиронии, и даже неожиданным сандтрекам в стиле рэп и техно, что внезапно крайне органично вписалось в образ главного персонажа - вымышленного президента Италии Мариано де Сантиса. Де Сантис - человек серьезный, преданный стране, в прошлом юрист, находится на посту уже 6-й срок. Но он так устал, устал от правил, запретов, наконец, от своей нерешительности, в которой упрекают все, даже его дочь, работающая при нем юристом. И все-таки искренне проникаешься этим персонажем, поскольку нам показан не просто железобетонный политик, как за глаза его прозвали коллеги, но и человек, которому не чужды простые ценности. С какой любовью он погружается в воспоминания о своей жене. Как по-доброму дискутирует со своей давней подругой. А как он переживает за детей, дочь и сына, при этом не подавая вида. А тут еще попадают на рассмотрение несколько дел об убийствах и закон об эвтаназии. Выбора два: переложить сложные решения на преемника (что для нашего героя привлекательный вариант), либо разобраться самому. Соррентино приглашает зрителя пройти нелегкий, но увлекательный путь вместе с героем и, наконец, ответить на вопрос: кому принадлежит жизнь. По итогу, фильм вышел потрясающий - живой, ироничный, красивый, но не яркой, а эдакой уставшей приглушенной красотой, под стать главному герою. Здесь кадры притягивают не сколько величием, сколько умиротворением. И сквозь это раздается пульсирующий саундтрек ( называется Surf Rider). Или же слова из рэп-песни, которую напевает президент. Тони Сервилло в роли президента здесь особенно прекрасен и органичен. Весь фильм не перестаешь восхищаться его спектром эмоций. Другие актеры тоже очень хороши и нисколько не потерялись на фоне Сервилло. Хотите посмотреть на Паоло Соррентино в лучшей форме - это как раз 'Грация'.